За прошедший 5-месячный период т. г. Федеральная налоговая служба (ФНС) было получено на 57,4% больше, чем год назад, налогов от обанкротившихся предприятий. Этот результат стал возможен из-за того, что штрафы за неуплату налогов стали выписывать арбитражным управляющим и банкам, в которых должники открывали счета. Впрочем, по словам юристов, на законодательном уровне требование об уплате налогов при банкротстве в первоочередном порядке до сих пор не прописано, несмотря на наличие судебных прецедентов.
В соответствии с действующим законодательством, в ходе процедуры банкротства компании выплачивают налоги в последнюю очередь: приоритет отдан кредиторам первой очереди и долгам по заработной плате. Но налоговая служба таким положением дел была не довольна.
По словам представителя пресс-службы ФНС, такого ода подход фактически можно рассматривать как легализацию схемы уклонения от уплаты налогов.
Одно из центральных мест в процедуре банкротства отведено арбитражному управляющему — специалисту, занимающемуся банкротством компании от первого до последнего этапа. Он имеет членство в одной из саморегулируемых организаций (СРО) арбитражных управляющих и находится под контролем арбитражного суда. При старте процедуры банкротства, управляющий осуществляет закрытие всех банковских счетов должника, кроме того, на котором размещаются все средства.
Этот счет контролирует только арбитражный управляющий. Как раз он и решает, какие долги требуют первоочередной уплаты. Но далеко не всегда управляющими выносится решение в пользу того, чтобы налоги были уплачены.
Тем не менее, в ФНС нашли способ мотивации арбитражных управляющих к уплате налоговых долгов: службой теперь взыскивается с арбитражных управляющих вся сумма задолженности, кроме того, она может выписать штраф и банку, в котором должник открыл счета. Сумма штрафа может составить до 30% от общей суммы задолженности.
По словам представителя ФНС, налоговая подает жалобу на недобросовестный характер действий арбитражного управляющего, чтобы взыскать с него убытки. Соответствующему банку выписывается штраф. При этом с этого банка также могут взыскать и убытки, причиненные бюджету в размере суммы налогов, которые не уплатил должник.
При неуплате налогов возможно также оспаривание и сделок должника с контрагентами. Эти меры помогли ФНС в январе-мае получить на 57,4% больше платежей от обанкротившихся предприятий — 16,2 млрд руб. вместо 10,29 млрд руб. годом раньше.
По мнению юриста юридической компании «Мосты» Анны Захаровой, банк могут оштрафовать только до старта процедуры банкротства или на ее самом первом этапе. Потом это уже невозможно, так как счет в банке находится в распоряжении только управляющего. Арбитражным управляющим должен соблюдаться баланс интересов кредиторов и должника. Но в законе о банкротстве юрлиц есть масса пробелов, из-за которых недобросовестные должники и арбитражные управляющие, формально действующие в рамках закона, злоупотребляют своими правами. ФНС может пожаловаться на арбитражного управляющего в арбитражный суд или в СРО, где он имеет регистрацию, и таким образом задолженность с него все-таки взыскать.
По словам заместителя начальника отдела аналитических исследований Института комплексных стратегических исследований Веры Кононовой, за несколько последних лет в практике работы ФНС в отношении банкротства произошли существенные изменения.
Получает широкое распространение практика, при которой налоги взыскиваются с бенефициаров компании-должника, а таковыми являются руководители и собственники. К тому же участилась практика, когда заключаются мировые соглашения, предусматривающие поэтапный характер погашения задолженности, а не банкротство.
По словам Кононовой, эти процессы, с одной стороны, говорят о том, что сегодня создаются условия для того, чтобы налоговая дисциплина стала выше. Но стоит помнить, что отечественной налоговой системой и без того налагается высокая нагрузка на компании в части выплат и отчетностей по ним.
По словам представителя ФНС, характерный пример злоупотреблений - ситуация с «дочкой» Пробизнесбанка, которые признали банкротом. Его бенефициары в 2016 году добились, чтобы их требования почти на 2 млрд рублей включили в третью очередь реестра кредиторов. И в этом споре недобросовестный иностранный акционер, не располагая никакими реальными основаниями, предпринял попытку приобретения статуса кредитора для получения возможности контролировать процедуру банкротства должника, которым он же и управлял без должной эффективности.
