Осуществлять выплаты из собственных средств за банкротство контрагентов обязаны все, кто пошел на заключение с ними сомнительных сделок, а не только извлекшие из этого определенную выгоду - таков вывод Верховного суда.
Стало известно о принятии 21 декабря Верховным судом (ВС) постановления о том, что лица, контролирующие должника - контрагенты, бенефициары, руководство, ответственны за доведение компании до состояния банкротства. Если сравнить с проектом, то будет понятно, что итоговое постановление ужесточено. По нему выходит, что платить из своего кармана за банкротство компании могут обязать любого ее контрагента, а не только тех, кто за несколько дней-недель до банкротства заключил с ней крупную сделку, тем самым создавая благоприятные условия для вывода активов.
По словам адвоката CorpLaw.Pro? Юлии Михальчук, в изначальной версии проекта постановления пленума было четко прописано: покупателя актива нельзя причислить к лицам, контролирующим должника (КДЛ), если его выгоду от сделки с банкротом несущественна. Теперь эта норма отсутствует.
По словам председателя судебного состава экономической коллеги ВС Ивана Разумова, мы ставили перед собой задачу не выработки значения существенности, а задания направления для судов. Можно было бы указать о наступлении ответственности для контрагента при выводе 20, 30 или 40% активов компании-банкрота, но на практике это не будет работать. Возможна продажа маленького актива, приносящего ощутимый доход.
Сегодня суды проводят самыми разными способами проверку обоснованности цен активов в спорах о банкротстве. Объектами внимания становятся все факты: отчет, составленный оценщиком, во сколько обошлась последующая перепродажа, в каком фактическом состоянии находятся объекты. И все же складывается противоречивая практика. К примеру, в недавнем споре (его рассмотрел ВС) компанией незадолго до банкротства была продана гостиница по цене в 3 раза ниже рыночной. Конкурсные управляющие настаивали на признании сделки недействительной. Со стороны первой и кассационной инстанций покупатель гостиницы получил поддержку, конкурсные управляющие подали апелляцию. Но окончательная точка была поставлена Верховным судом, признавшим, что сделка недействительна.
По мнению юриста компании «Лемчик, Крупский и партнеры» Кирилла Захарова, до того, как пленум вынес это постановление, оставалось неясно, какие именно сделки - добросовестные, а какие - нет. Пленум ВС должен был призван в том числе подумать и об устранении этого пробела. А вышло так, что он доказыванием добросовестности теперь должны заниматься контрагенты должника. Это говорит о расширительном толковании закона, меняющего основной принцип арбитражного процесса: бремя доказывания возложено на лицо, заявившее иск, и в нашем случае это не контрагент обанкротившейся компании.
По словам партнера TertycnyAgabalyan Марата Агабаляна, суд мог и раньше подумать о привлечении контрагентов к ответственности. Но их вина должна была быть доказана. ВС изменил ситуацию, указав, что контрагенты, при условии совершения ими значимых сделок, априори будут признаны виновными и причастными к выводу активов. И теперь им придется доказывать, что они невиновны. Но в такой ситуации новые владельцы приобретенных активов вряд ли смогут доказать добросовестность свих действий.
