И из сложившейся ситуации можно сделать вывод о «недоработке» в том числе и Счетной палаты. Значит, мы не создали должным образом институтов контроля, как общественных, так и государственных, которые могли бы ограничивать воровство. В людях уже сформировалась уверенность в широком распространении воровства госфинансов. И это мнение, к сожалению, оправданно.
Можно долго объяснять, почему так произошло, какие институты, в том числе политические и национальные, нам нужны, чтобы сдерживать воровство. Помощь в борьбе с коррупцией должна идти отовсюду: и от свободы слова, и от политической конкуренции, и от фактической, реальной подотчетности органов власти своим избирателям. Мы до сих пор не умеем работать с ценами государственных контрактов, хотя как-то работаем с этим уже 20 лет.
Сфера госзакупок - сложна и коррупционна. Если говорить о риск-ориентированном подходе в госуправлении — то как раз с него и нужно начинать, и это понимают в Счетной палате. Пока можно сказать, что у нас неплохо обстоят дела с открытостью информации о госзакупках, но неважно - в части системного анализа происходящего. Важно, чтобы общество видело, кто, по какой цене и в каком объеме осуществляет закупки в государстве. Вся эта общедоступная информация должна обрабатываться, анализироваться, должны создаваться современные приложения, с помощью которых даже простой человек мог бы понимать происходящее. Мы уже занимаемся этим, в том числе и через Комитет гражданских инициатив, продвигающий такие программы. Здесь мы будем это делать профессионально, для общей пользы используя служебное положение.
По словам Кудрина, круг антикоррупционных полномочий Счетной палаты — очень плохо прописан в законодательстве. Ведомство работает по четырем направлениям: оно осуществляет консалтинг правительства в видении развития страны/трендов/рисков, оценивает конкретные программы, министерства и решения, открытость и продвижение всех типов открытой информации, и ведет антикоррупционную деятельность. По мнению чиновника, последняя сегодня существует только по факту: мы распоряжаемся материалами, которыми интересуется правоохранительная система, но отсутствует целенаправленная система антикоррупционной деятельности СП. Это единственные полномочия ведомства, плохо прописанные в законодательстве.
По словам Кудрина, он сделал анализ нормативных актов, то, как они были исполнены, каковы основания, на которых чиновники были привлечены к ответственности, какая сложилась практика и тренды. Первое ощущение, что подход к коррупции примитивен. К тому же можно предположить, что все непросто и с антикоррупционным запросом: создается впечатление, что общество почему-то не заинтересовано в анализе каких-то вопросов. Применительно к чиновникам — пожалуйста, в отношении остальных — нет. Я уже два месяца пытаюсь набрать экспертов по этой теме, ведь эту сферу необходимо обсуждать отдельно ввиду ее сложности.
