За 1-й квартал объем оттока капитала из нашей страны превысил прогноз Центробанка на год и составил $15,4 млрд при том, что в годовом выражении он был оценен в $12 млрд. По объяснению регулятора, отток произошел из-за того, что банки делали валютные закупки, но по словам представителей кредитных организаций, банки не причастны к движению капитала. Не могло оказать на него влияния и сделка компании «Роснефть», которая, по мнению аналитиков, и есть главная причина всех необъяснимых явлений в российской экономике. По мнению экономистов, историю с оттоком практически можно отнести в разряд детективных.
Период масштабного оттока капитала остался в прошлом. Если в 2014 году страна лишилась свыше $150 млрд, то в 2015-м эта сумма составила $57 млрд, а в прошлом году — всего $15 млрд. Благодаря постепенному восстановлению экономики, укреплению курса нацвалюты и снижению иностранных вложений, Центробанк и Минэкономразвития давали оптимистичный прогноз по оттоку на ближайшие несколько лет. Но статистика по первому кварталу вызвала удивление у экспертов — за период с января по март из страны ушло $15,4 млрд.
По словам главного экономиста БКС Владимира Тихомирова, по правде сказать, есть некоторое недоумение, это не поддается объяснению.
Центробанк кратко прокомментировав данные по оттоку, указал, что показатель вырос «главным образом из-за операций банковского сектора, связанных с наращиванием иностранных активов». Но банкиры не согласны с таким выводом.
По словам представителя ВТБ, в нашем банке наращивания иностранных активов в I квартале 2017 года не отмечено.
Не было закупок иностранных активов и в Абсолют банке, Бинбанке, Связьбанке, УБРиР, банке «Югра». Более того, в ряде банков произошло снижение иностранных активов.
По словам руководителя дирекции по рискам УБРиР Дмитрия Завьялова, за I квартал у нас отмечено сокращение валютных активов на $138 млн, и преимущественно это относится к продаже и погашению еврооблигаций.
По словам председателя правления банка «Югра» Дмитрия Шиляева, в связи с укреплением рубля, в банке было принято решение о постепенном снижении доли валютных активов и их конвертации в рубли.
Эксперты склонны верить заверениям банкиров.
По словам Владимира Тихомирова, в 1-м квартале российскими банками каких-либо крупных активов не приобреталось. В данной ситуации уместно говорить только о банках, входящих в первую десятку, они не могли скрыть этого. Такие сделки никто не скрывает. По мнению Тихомирова, на сложившуюся ситуацию могла оказать влияние сделка по приватизации компании «Роснефть». В декабре 2016 года 19,5% акций этой компании в рамках приватизации приобрел за €10,5 млрд консорциум швейцарского нефтетрейдера Glencore и фонда Qatar Investment Authority (QIA). Сделка была сложная, на каком-то этапе она финансировалась российским государственным банком. Вполне можно допустить, что он сделал это под бридж-кредит банка Италии и в дальнейшем этот кредит выплачивался, в этом случае €10 млрд могли сказаться на оттоке капитала.
Сбербанк связывает отток капитала с тем, что в банковской системе наблюдается избыток валютной ликвидности и, в частности, тем, что ее излишки размещались банками на ностро-счетах (счет банка в другом банке) банков-нерезидентов, что статистика ЦБ учитывает, как отток.
По мнению главного аналитика банка «Глобэкс» Виктора Веселова, самое разумное объяснение роста оттока капитала можно связать только с тем, что Россия погашала внешний долг. На росте оттока капитала отразилось то, что корпоративный сектор выплачивал внешние долги, а это примерно $14,7 млрд. Кроме того, отмечено увеличение вложений банковского сектора в иностранные активы — что могло иметь место в связи с провалом ожиданий инвесторов на снятие с России санкций.
По прогнозам ведущего эксперта Центра развития НИУ ВШЭ Сергея Пухова, несмотря на всплеск оттока, в следующие три квартала мы можем наблюдать улучшение ситуации. По итогам года, если события будут развиваться благоприятно, отток капитала может опуститься к нулю, а, возможно, речь может зайти и о небольшом притоке.
Банк России ситуация не комментирует.
